Важно

Теория разбитых окон или Эффект бабочки

Очень сильно. Homo sapiens, человек разумный, животное общественное, как бы ни кичились некоторые закоренелые индивидуалисты. А ещё теория эта – научное доказательство того, что человеческого в нас намного меньше, чем мы сами считаем. Многие сталкиваются с проявлениями этой теории каждый день, даже не замечая этого. Теорию эту сформулировали два социолога Джеймс Уилсон и Джордж Келлинг. […]

Очень сильно.

Homo sapiens, человек разумный, животное общественное, как бы ни кичились некоторые закоренелые индивидуалисты. А ещё теория эта – научное доказательство того, что человеческого в нас намного меньше, чем мы сами считаем. Многие сталкиваются с проявлениями этой теории каждый день, даже не замечая этого.

Теорию эту сформулировали два социолога Джеймс Уилсон и Джордж Келлинг. Они изучали динамику развития криминогенной обстановки на улицах. И вот вывод, который они сделали: «предотвращение мелких правонарушений, таких как вандализм, публичное пьянство, прыжки через турникеты в метро и т. п. (т. н. нулевая терпимость), создает атмосферу нетерпимости к преступлениям в целом и помогает предотвращать более крупные преступления, а также задерживать рецидивистов, обычно пренебрегающих правилами поведения в общественных местах». Цитируется по Википедии.

Говоря простым языком, там, где не заделано разбитое окно, очень скоро будут перебиты все окна и общий уровень преступности в этом месте (доме, улице, районе, городе, стране) быстро вырастет. Очень быстро! Практически мгновенно! При виде даже малейшего нарушения общепринятых норм люди перестают вести себя «цивилизованно». Не все, конечно. Но большая часть точно!

Видеть следствия из этой теории приходилось каждому. Брошенная кем-то бумажка словно притягивает вокруг себя брошенный мусор, хотя вот она урна, рядом! Начальник не осадил подчиненного за грубое слово, все разом стали этому начальнику грубить. Появилось одно граффити на чистой стене, и очень быстро вся стена уже размалёвана «наскальной живописью». И т.д.

Как и у любой психологической теории, у «разбитых окон» нашлось много критиков. «Всё дело в том, что никакой взаимосвязи между брошенными бумажками, размалёванными стенами, разбитыми окнами и уровнем правонарушений нет и быть не может», – говорили многочисленные оппоненты. Однако теория разбитых окон проверена многочисленными экспериментами. Кому интересно, может заглянуть в Википедию, но выводы из этих экспериментов однозначны: там, где есть признаки нарушения недозволенного, это недозволенное начинают совершать и те, кто раньше этого не совершал.

Выводы учёные сделали следующие:

Есть люди, которые будут нарушать установленный порядок всегда, при любых обстоятельствах.

Есть люди, которые не будут нарушать установленный порядок никогда, ни при каких обстоятельствах.

Есть люди «колеблющиеся», которые будут нарушать порядок, когда «видите, все нарушают», и не будут нарушать порядок, когда вокруг чистота и другие внешние признаки «порядка».

Таких «колеблющихся» в любом человеческом обществе подавляющее большинство. И достаточно кому-то из «идейных нарушителей» нарушить порядок, за ним потянутся и «колеблющиеся». Порядок быстро перерастает в хаос.

Кстати, верна и обратная зависимость. Если кто-то будет упорно «застеклять разбитые окна», уровень правонарушений и преступности быстро пойдёт на спад. Доказано это в очень крупном социальном эксперименте, который превратил американский город Нью-Йорк из «кромешного ада» в самый безопасный в Америке город.

Хронология событий…

80-е годы 20-го века. Нью-йоркское метро иначе как адом никто не называл. Размалёванные вагоны, сломанные турникеты, горы мусора, разгул преступности. Платить за билет в те времена было моветоном, перепрыгнуть через турникет было куда проще, и за это ровным счётом ничего не грозило.

Руководство Нью-Йорка назначило нового управляющего нью-йоркским метрополитеном. Звали его Дэвид Ганн.

С чего он начал? С перекрашивания поездов, очистки их от граффити. Казалось бы, странно… Ан нет!

«Граффити – это символ краха системы. Если начинать процесс перестройки организации, то первой должна стать победа над граффити. Не выиграв этой битвы, никакие реформы не состоятся. Мы готовы внедрить новые поезда стоимостью в 10 млн. долларов каждый, но если мы не защитим их от вандализма – известно, что получится. Они продержатся один день, а потом их изуродуют».

С почти религиозным рвением работники подземки мыли и перекрашивали поезда. Все – и пассажиры, и работники метро – видели, что «порядок» соблюдается!

И ещё одно важное действие. Безбилетники. Метрополитен отчаянно нуждался в деньгах, а за билеты платила лишь небольшая часть пассажиров. Ганн нанял управляющего безопасностью, который поставил у турникета одетых в «гражданское» полицейских. Ну и что, полицейские были там и раньше. Разница состояла в том, что раньше полицейскому было «дешевле» не замечать нарушителя. Правила предписывали при поимке выйти из метро, оформить нарушение и отконвоировать нарушителя в суд. Потом составить подробный отчёт. И всё это без всякой компенсации. И даже могло быть наказание от начальства! Рабочее место покинул, статистику испортил…

А теперь достаточно было поймать нарушителя и поставить у края платформы. За нарушителями приезжает наряд полиции в форме, осматривает, оформляет нарушение, снимает отпечатки пальцев и проверяет на причастие к другим правонарушениям. Затем конвоирует к автобусу, который везёт в полицейский участок. И всё это на виду у пассажиров и работников метро! Преступность и правонарушения в метро резко пошли на убыль.

Звали сего начальника Уильям Браттон. Позже его назначил начальником полиции Нью-Йорка мэр города.

Так «теория разбитых окон» была проверена в масштабе одного из крупнейших городов мира. Уровень преступности в городе упал не так быстро, как в метро. Но со временем Нью-Йорк стал самым безопасным мегаполисом Америки.

Это значило, что теория работает! Правда, с одной оговоркой.

Слой человека в нас чуть-чуть наслоен зыбко и тревожно, легко в скотину нас вернуть, поднять обратно очень сложно. Игорь Губерман.

Можно увидеть, как рядом с брошенным окурком очень быстро вырастает гора мусора, а вот даже если мусор этот убрать, то, скорее всего, люди всё равно будут мусорить в том же месте. Так, по привычке…

Из всего вышеописанного можно сделать несколько жизненных выводов:

1. Не нарушать порядок самому даже в мелочах, потому что: «брошенный на чистой улице окурок вполне может вылиться со временем в обоссанные лифты, сломанные телефонные будки, исписанные стены и разбитые фонари».

2. Своевременно ликвидировать любые, даже малейшие, нарушения «порядка». Да это тяжело. Конечно, мусором должны заниматься дворники, разбитыми окнами – домоуправление, а правонарушениями – полиция… Но, может быть, потому мы так плохо и живём, что ждём, «вот придёт добрый барин и всё за нас сделает»?

3. Нельзя прощать «нарушение порядка». Наказание должно быть неотвратимым и жестким. Этот пункт выполнить куда тяжелее предыдущих. Но надо… «Человеки разумные» по другому просто не понимают…

«Знаешь, эта планета оказывает на меня странное воздействие. Не могу здесь курить. Тут все так дьявольски чисто. Не испачкано. Не могу курить, не могу мусорить. Не могу вести себя, как на пикнике». Филип Дик. «Колонисты».

Пока эти слова не про нашу родную планету. А жаль! Хотя… Может, начнём собирать бумажки и вставлять-таки стёкла в разбитые окна? В прямом и переносном смысле.

Источник

Published: 27/09/15

Читайте также

Comments are closed.