Настроение

Рассекая тьму

Он все боится не успеть. Чуть опоздаешь, и пошло-поехало. Одно цепляется за другое, минута натыкается на другую, час прилипает к часу, и за днем обязательно приходит вечер. Ночь. Тьма. Он боится не успеть попасть домой до темноты. Ничего мистического, просто от постоянного глядения в монитор компьютера, в экран айпеда, смартфона или в белые листы тетради, […]

Он все боится не успеть. Чуть опоздаешь, и пошло-поехало. Одно цепляется за другое, минута натыкается на другую, час прилипает к часу, и за днем обязательно приходит вечер.
Ночь.
Тьма.
Он боится не успеть попасть домой до темноты.
Ничего мистического, просто от постоянного глядения в монитор компьютера, в экран айпеда, смартфона или в белые листы тетради, что-то случилось и к вечеру зрение его падает. Слепой котенок в очках, которые устарели. Сколько сейчас ? Какой минус? Минус 4 или уже минус 5?
Объясняй теперь офтальмологу, что просто боялся не успеть и работал, работал, работал…
Все писал: в компьютер, в айпед, в тетрадь.

(Море их мать
и сестра их тетрадь
вот уж в течение многих столетий)

Но все в прошлом. В хороших очках можно и во тьме.
Да и в этот раз, он обязательно успеет до наступления ночи.
Летит его «Тойота», сумерки еще не наступили. И музыка хорошая.

(Море ты море, ты — родина волн. )

С ней просто не так страшно.
А весело от того, что у него сегодня родился сын. Сегодня, спустя два дня после Нового года.
Сын!
Тот самый, маленький живой человек, которому можно сказать: «Здравствуй. Давай знакомиться? Мне очень хочется узнать, какой ты».
У него родился сын. Какое счастье!
Сын! Сын!Сын!

(Волны — это морские дети).

***
Сумерки и туман. Отличное сочетание. А уж если второе января, то…

-Чего ж вы делаете-то, а?! Я чуть в Вас не въехал!
— Прости брат, забыл!
— Чего забыл?
— Аварийку включить.
И вдруг, где-то впереди, где-то там, в тумане, за вереницей машин, моргающих аварийными огнями, женский крик.
— Это они! Они на встречку!
И вот уже закончились скандалы и нужно пробираться туда, вперед.
Зачем?
Потому что там случилось что-то очень плохое.
Господи! Там случилось что-то очень плохое! Господи!

(И жили они хорошо.
И часто молились.
Море — Богу,
и дети Богу).

***
Одна машина, вернее то, что от нее осталось, была когда-то «Ауди ТТ», лежит на боку с продавленной крышей и совсем без переда.
Женская машина. К ней, как минута к минуте приклеивается женский крик, который он слышал недавно:
» Это они! Они на встречку» — еще на бегу, когда лес проносился, как черные волны мимо.
(Море их мать и сестра их тетрадь).
***
-Мужчины, миленькие,- кричит она и вытирает ладонью кровь со лба. — Я не пила ни капельки! У меня дети дома! В городе со свекровью, правда-правда!
— Да успокойте ее! Помогите!
— Кровь надо подтереть.
— Женщина, никто вас не винит.
— Это они…они на встречку!
Она садится на обочину, в грязь, плачет и растирает кровь по лицу, отталкивая того, кто прибежал к ней с аптечкой.
Внутри, во чреве помятой, искореженной рыбы, которая когда-то была «Ладой Гранта», двое.
Один впереди, там, где должен быть руль. Но руля нет. Нет ни руля, ни лобового стекла, а только…
(Море ты море, ты родина волн).

***
Один спереди, но его уже нет.
Другой сзади.
И вокруг мужики водители. Кто-то светит мобильником, двое пытаются отогнуть дверь и еще один, с зубилом и кувалдой, не знает, как подобраться.
— Надо машиной дернуть, у меня трос хороший, рывковый.
-Нельзя, сдвинем, менты приедут, нельзя…
-Чего нельзя, вон парень на Прадике, выдернет эту дверь и все дела.
— Я что, я могу…
— Может он еще живой…
Живой. В свете мобильника белая -белая рука парня, зажатого между промятой крышей дохлой рыбы-гранты, и кожаным, залитым чем-то черным сиденьем, вдруг дернулась и пальцы пошевелились.
— Жив! Я видел! Рука дернулась! Давай зубило, мужик! Давай, говорю, зубило!
И он вырывает у мужика зубило и выхватывает кувалду с такой яростью, что тот даже не сопротивляется.
Удар. Удар. Удар.
У меня родился сын!
Удар.
-Парень, подожди, сейчас подцепим!
— Его рука дернулась! Я видел. Вытащим его, говорю, вытащим!
Удар. Удар.
— Мальчики! Это не я, они на встречку! Пожалуйста! Господи!
Удар. Удар.
— Окна оставшиеся выбить!
(Учил он двери и окна играть,
в берег, в бессмертие, в сон и в тетрадь).
***
Удар.
Кувалда летит мимо, и натыкается на руку, как минута натыкается на минуту и волна боли накатывает черная, а за ней другая и они затягивают все.
(волны — это морские дети).

У меня сегодня родился сын. Жена еще в роддоме, конечно, она лежит в палате на три койки. С такими же мамашками они обсуждают качество памперсов и мужей.
Обсуждают квартиры и дома, в которых живут. И родителей. И родителей мужей.
И в палате у них тепло. И дома тепло.
А здесь, кажется, какие-то капли. Дождь.
(и вырос на месте дождливом дом.Жил дом хорошо).
***
— Врача, врача пропустите!
— Пустите!
— Мы дверь отогнули.
— Тот еще может жив. Сзади. Спереди-то точно труп…
И доктор смотрит на парня, что зажат во чреве рыбы Гранты, и щупает шею и руку. И говорит:
-Давно уже нет. Наверное сразу. Мгновенно.
Дождь. Идет дождь.
Пахнет бензином. Как сильно пахнет бензином.
(А после на небо переселились.
Откуда брызгали дождем)

— Доктор, гляньте, вон парень руку разбил! Кувалдой, когда доставали.
— Этого в травмопункт надо. Сейчас обработаем…
— Я сам доеду. У меня сын родился.
— Поздравляю.Второе января. Повсюду в кюветах алкашня лежит. Тут не только сына родишь. Кого угодно родишь, лишь бы другую работу найти.
— О, менты приехали…
И все-таки, ведь он жил. У него совсем недавно шевелилась рука.
— Я всегда запоминаю детали. У него шевелилась рука. Я видел.
— Теперь чего уж. Вон, ментам расскажешь…
— Они вылетели на встречку! У меня машина, кредит недоплачен еще!
— Рука такая белая. Кисть дернулась и пальцы пошевелились. Я всегда записываю детали…
( В берег, в бессмертие, в сон и в тетрадь).
***
Он едет домой. И дождь льет. Стучит по стеклам. Он все боится не успеть. Ведь чуть опоздаешь, и пошло-поехало. Одно цепляется за другое, минута натыкается на другую, час прилипает к часу, и за днем обязательно приходит вечер.
Ночь.
Конечно, теперь, придется ехать в ночи. Он этого и боялся. Не успел приехать засветло.
Но где-то за спиной, его жена в палате роддома прижимает к груди новорожденного сына. Им хорошо и тепло вместе.
Там маленький живой человек, которому можно сказать: «Здравствуй. Давай знакомиться? Мне очень хочется узнать, какой ты».
А его впереди ждет монитор компьютера, экран айпеда, или просто тетрадь.
(Море их мать и сестра их тетрадь).
Он летит вперед.
(…вот уж в течение многих столетий).
И «Тойота» фарами рассекает тьму.

АвторБорис Мирза 

Published: 16/01/18
Загрузка...
Booking.com

Выбор редакции



Читайте также

Comments are closed.